30.08.2018      232      0
 

Стоп, примитив и табу! В борьбе с коррупцией…


— Сейчас, какие направления будут приоритетны на ближайшие годы и с какими есть уже сейчас очевидные проблемы?

— У Счетной палаты четыре направления работы: консалтинг правительства относительно видения развития страны, трендов, рисков, оценка конкретных программ, министерств и решений, открытость и продвижение всех типов открытых данных — и антикоррупционная деятельность.

Последняя сейчас существует лишь по факту: мы распоряжаемся материалами, которые представляют интерес для правоохранительной системы, но нет целенаправленной системы антикоррупционной деятельности палаты. Это единственные наши полномочия, которые в законодательстве прописаны плохо.

Я проанализировал нормативные акты, их исполнение, основания, на которых чиновников привлекают к ответственности, практику, тренды. Первое мое ощущение — примитивность подхода к коррупции как таковой. Кроме того, я могу предполагать, что не все так просто и с антикоррупционным запросом: кажется, общество по какой-то причине не хочет, чтобы какие-то вопросы вообще анализировались. В отношении чиновников — что хотите, в отношении остальных — нет.

Я последние два месяца набираю экспертов по этой теме. Эта сфера требует отдельного обсуждения, она очень сложная.

— СП как поставщик информации всегда непрямо, но отчетливо влияла на работу правоохранителей. Рассчитываете ли вы, что новая стратегия будет как-то изменять практику работы ваших партнеров в этих структурах?

— У Счетной палаты есть прямые соглашения со Следственным комитетом и с Генпрокуратурой о взаимодействии, эти соглашения хорошо работают. В основном это касается вопросов госфинансов и госимущества, точнее, даже федерального имущества.

Кроме того, мы хотим взаимодействовать более плотно с субъектами Российской Федерации, с сетью независимых контрольно-счетных органов регионов. Они независимы, они не находятся в вертикали с нами, но мы с ними взаимодействуем.

— В 2000-х годах существовали проекты объединения контрольных органов под эгидой Счетной палаты в единую управленческую вертикаль. Вы считаете эту идею обсуждаемой?

— Нет. Местные органы власти — тоже конституционные органы, они должны иметь собственные органы аудита. Такие органы зачастую не независимы, даже если они формально существуют при областных советах. Здесь мы рассчитываем продвигать стандарты независимости, и в этом мы найдем их поддержку. Мы хотим быть в определенном смысле регуляторами в части развития органов аудита. Мы не будем проверять за них расходы каких-то учреждений или работу их правительств, но мы будем настаивать на том, чтобы они работали в рамках определенных стандартов.

Кто и как возглавлял Счетную палату РФ

Кстати, Татьяна Алексеевна Голикова провела очень интересную работу, обратившись примерно к полусотне губернаторов с просьбой дать возможность Счетной палате проверить, как работают их органы публичного аудита,— полноту их работы, правила работы, стандарты. Согласились все, за исключением трех! Такая проверка проведена, мы анализируем результаты этой работы.

Но правоохранители не только госресурсами и госсферой занимаются. В этом смысле наше влияние и возможности для взаимного обучения в понимании определенных процессов, наверное, ограничены.

Если общество считает, что госресурсы разбазариваются и воруются, то из этого следует, что это недоработка и Счетной палаты. Значит, мы не смогли создать те институты контроля, как общественные, так и государственные, которые бы ограничивали воровство. Люди уверены, что воровство госфинансов широко распространено. Это мнение, к сожалению, оправданно.

Я могу долго объяснять, почему сложилось именно так, каких институтов, в том числе политических и национальных, не хватает для сдерживания воровства. Содействовать борьбе с коррупцией должно все: и свобода слова, и политическая конкуренция, и фактическая, реальная подотчетность органов власти своим избирателям. Да мы даже до сих пор не научились работать с ценами госконтрактов по-настоящему, хотя занимаемся этим 20 лет.

— Сфера, которая обычно ассоциируется и с коррупцией, и с запросами общества на результаты работы СП,— это государственные закупки. Если коротко, что вы намерены делать в этой сфере?

— Госзакупки — приоритет. Это самая сложная и самая коррупционная сфера. С точки зрения рискориентированного подхода в госуправлении — с этого надо начинать. Это понимание в Счетной палате уже есть, на стратегической сессии оно подтверждено. Пока я скажу, что у нас неплохо с открытостью данных о госзакупках, но плохо с системным анализом происходящего. Нужно, чтобы общество наконец увидело, кто, по какой цене и сколько в государстве закупает. Все эти общедоступные данные нужно обрабатывать, анализировать, делать современные приложения, которые облегчат даже простому человеку понимание того, что происходит. Этим мы начали заниматься, в том числе в Комитете гражданских инициатив, который способствует продвижению таких программ. Здесь мы сможем это делать просто профессионально, для общей пользы «пользуясь служебным положением».

— Последний вопрос. Все, что вы хотите сделать, невозможно только усилиями Счетной палаты, они будут осмысленны только при параллельном, независимом от ваших усилий, движении прежде всего исполнительной власти в сторону от модели, которая определяла множество трендов последних лет. Вы рассчитываете на то, что правительство будет это делать?

— Движение еще, на мой взгляд, не началось. Есть определенные шаги, но пока сверхробкие. За исключением пенсионной реформы. Я бы сказал, что пока их недостаточно, чтобы понимать, что и как пойдет дальше. Счетная палата будет помогать этому процессу.

Полный текст интервью с председателем Счетной палаты РФ Леонидом Кудриным читайте в газете

«КоммерсантЪ»

источник